Чтение RSS В избранное site map
Логин:
Пароль:

Регистрация | Забыли пароль? |

Журнал ProX
poster
  • 0

ГЕН ПУТЕШЕСТВЕННИКА

 

Путешествовать по-настоящему люди могли только до изобретения телеграфа. В то время путник на коне или паруснике был самым быстрым средством передачи информации. Ограбив банк, соблазнив красотку из ханского гарема, можно было спокойно ускакать в ночь.

Были, конечно, в такой изолированности и отрицательные стороны. Путешественники иной раз годами болтались на воняющих тухлой солониной и крысиным помётом бригах по далёким морям, не получая никаких вестей с родины, а о начавшейся войне узнавали лишь случайно – когда в очередном порту их неожиданно бросали гнить в казематы за шпионаж или просто из вредности.

С появлением телеграфа и телефона передвижение по планете стало занятием более будничным. Но по-настоящему выбило романтику из этого древнего ремесла пришествие интернета. Революция, начавшаяся всего пятнадцать лет назад и уже торжественно заканчивающаяся.

Теперь, если вы дожидаетесь где-нибудь на Огненной Земле автобуса из Куло-Дистанте в Эсес-де-Моска, лучший способ убить время – зайти в имеющееся на каждом углу интернет-кафе и потрепаться с друзьями. Стоит это настолько дёшево, что даже обидно. Из дома вы словно и не уезжали. Географическая удалённость стала совершенно несущественной. Путешествие – всего лишь процесс отстёгивания бабок авиакомпаниям за сомнительное удовольствие проболтаться несколько часов в неудобном кресле с видом на облака. Там, куда вы прилетите, всё будет выглядеть практически так же, как в месте, откуда вы стартовали. Различия между богатыми и бедными странами пока сохраняются, но в остальном мир унифицировался до тошноты.

Чем скучнее становится это занятие, тем большую популярность оно обретает. Двести лет назад путешествиями ради удовольствия занимались лишь отдельные психопаты. Сегодня по свету болтаются миллионы людей. Из года в год они тратят тяжким трудом заработанные деньги, чтобы обогнуть полмира, поселиться в отеле, где заботливо воспроизведены быт, еда и архитектурный стиль их родины, и проваляться неделю на раскалённом песке близ состоящего наполовину из мочи моря.

Впрочем, некоторые фанатики презирают пляжный туризм. Они ищут «настоящих» приключений. Они готовы провести трое суток в душном, забитом народом автобусе, чтобы взглянуть на развалины бардака девятого века. Часами тащиться вслед за тихо матерящимся гидом по малярийным болотам в поисках редкой птички. Собирать на себя пыль просёлочных дорог, добираясь автостопом на край света вообще непонятно зачем. За каждым из них крадётся по пятам клыкастая тень – неизбежное, в конце концов, осознание бессмысленности происходящего.

Всё на свете давно открыто и описано в путеводителях. Таинственный древний храм исследован деревенскими мальчишками, причём эти мальчишки – уже не безграмотные туземцы, которых можно не принимать в расчёт. У каждого из них есть e-mail и маленький веб-сайтик. Редкие птички пересчитаны местным школьным учителем, который установил у них в гнезде веб-камеру, так что все подробности их интимной жизни вы можете узнать, не вставая с дивана. В тюрьмах самых глухих уголков отведены специальные карцеры для заезжих автостопщиков, которые служат тамошним полицейским основным источником развлечения.

Единственное утешение – дальше будет ещё хуже. Мир на глазах покрывается асфальтом. Если бы я родился лет на сорок позже, годам к пятнадцати мне, наверное, уже пришлось бы кончать жизнь самоубийством. Потому что я принадлежу к несчастному типу людей, которые жить без путешествий не могут вообще.

Одинаковые товары завозят на пароходах в порты всего мира; умирают ремёсла и местный стиль жизни; приходят кока-кола, кодак-сервис и джинсы. Российское оружие, китайские часы-будильники и эквадорские бананы продаются примерно по одной и той же цене в разных концах мира. Разнообразие исчезает, и целые народы одеваются уже в одинаковую одежду, узнают курс доллара, и как он выглядит на вид; старательно изучают английский язык и вопрошают туриста тысячью голосов: «Хеллоу, мистер!». Слоны, бегемоты и другие крупные звери избежали съедения только в заповедниках и национальных парках, где им позволено остаться в живых лишь потому, что они приносят валюту в казну соответствующего государства. Все высокие горы платные, билетёры пасутся также у водопадов и других замечательных мест; самые красивые дары природы ограждены забором и объявлены заказниками для сдирания денег с посетителей.

Осталось ещё несколько мест на планете, где, благодаря плохому климату, гражданской войне или закрытой политической системе (а порой и всему сразу), сохранился свой жизненный уклад, куда не пролезли ещё банкоматы, спутниковое телевидение, интернет-кафе, пластиковые пакеты и бутылки, газовые баллоны, права человека и система «Western Union». Есть ещё места на Земле, где люди готовят еду на огне, где в школе пишут на деревянных табличках, ездят на ослах или ходят пешком, где не знают курс доллара, где не трезвонят мобильники и не может полететь «Windows».

В завитушках моей ДНК сидит мутантный ген, обрекающий некоторых млекопитающих на бесконечные попытки расселения. Мои товарищи по диагнозу когда-то первыми вышли из Африки, пересекли Берингов пролив и открыли все острова во всех океанах. Когда я вижу карабкающуюся по якорной цепи крысу или сбитого машиной на шоссе опоссума, я знаю, что это – кто-то из наших. Нашими именами названы вулканы и проливы, нашими трупами удобрены горные перевалы и берега порожистых рек. А теперь мы обречены на вымирание.

В моём случае патология проявилась особенно остро, однако в этом есть и некоторое преимущество. Я не просто сильно сдвинутый путешественник, но ещё и очень хороший. Благодаря таланту и упёртости, я вошёл в узкий круг мастеров, которым до сих пор удаётся держаться чуть-чуть впереди асфальтового катка. Отыскивать уголки, где чудом осталось что-то не совсем затоптанное. Проходить по тропам, пока не превращённым в нумерованные маршруты. С каждым годом это становится всё труднее.

Успею ли я умереть прежде, чем мир станет совсем неинтересным, пока непонятно. Мне пришлось почти отказаться от привычки навещать ещё раз особо понравившиеся места. Ничего, кроме депрессии, повторные визиты в бывшие райские уголки обычно не вызывают. Всё явственнее слышны за спиной рёв моторов и писк модемов. Всё острее запахи солярки и крема от загара. От слов «бензопила» и «экотуризм» возникает нервный тик, от слова «безопасность» – судорожное желание записаться в наёмники или свинтить тормоза у собственной машины.

Как исхудалый мамонт со сточенными бивнями, я в который раз покидаю жирующее на газонной травке стадо и устало шагаю к виднеющимся на горизонте ледникам в поисках несуществующего прохода в неизвестную страну.

Разместил: darina_dnk Просмотров: 1 264
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Опрос

На чем катаешься? (?)



Наверх

Календарь событий

«    Сентябрь 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930 

Популярное


Все права защищены.
Материалы публикуются с разрешения редакции журнала ProX
Любое использование материалов или их фрагментов возможно только
с указанием активной гиперссылки на сайт http://prox.com.ua/